07:23 

Взломай меня, если сможешь - 2 (ориджинал) - 6-10 главы + экстра

Мятная панда
Автор: Мятная панда
Беты (редакторы): arkaam

Описание:
Вышедший на тропу коммуникабельности хакер и открывший свою душу ботаник. Новая локация – универ. У них до сих пор мало общего, разве что - любовь. Смогут ли они сохранить её и справиться со всеми трудностями? Тем более на горизонте собираются тучи…

Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Романтика, Юмор, Фантастика, Детектив, Экшн (action), Психология, POV,Hurt/comfort, Стёб, Учебные заведения
Предупреждения: Нецензурная лексика, Underage
Размер: Макси
Статус: в процессе

~Ссылка на фикбуке~


Глава шестая или Вам овсяные или песочные?
Я прыгал вместе с противнем, напевая веселую мелодию: пекарский коврик свисал с листа и покачивался, а несчастные звездочки и сердечки аппетитного золотистого оттенка подпрыгивали и, кажется, уже были не рады появиться на свет. Одну теплую плюшку я уже попробовал – вкусно. Спасибо Марии, которая оторвалась от своих дел и маячила голограммой рядом со мной, давая ценные указания. Она даже не стала спрашивать, нахрена мне всё это сдалось, точнее, она уже давно не спрашивает, хотя в этот раз у меня была честная и вразумительная причина.

Мне назначили добровольно-принудительного психолога? Назначили. Мне нужно показать какой я хороший, теплый и пушистый? Нужно. Читал я статью из пестрого журнала про то, что путь к хорошим отношениям через желудок оппонента. Ну или типа того. Знал бы раньше, накормил бы булчонками Эрика два года назад, но хорошо, что мой рыжик непривередливый и так сдался. Теперь дело за… как его там…

Блин.

Пришлось залезать в инфокарту и снова смотреть имя – Герхард Оханс. С таким количеством новых знакомых голова скоро распухнет. Не представляю, как их всех запомнить. Может, у него будет отличительная черта как у нашего желтого инопланетянина…

В любом случае, два часа я убил на дозвон сестрице, игры с кухней и на самокопание, пора бы уже выходить.

Я поставил противень на стол и только хотел проштудировать кухню на наличие контейнеров, как по обе стороны от меня появились руки. С подозрительно-странно-сверкающей кожей!

Я моргнул.

Второй раз.

Руки продолжали двигаться вперед к выпечке, вот уже и спине потеплело.

Печенюшечный вор!

И я сделал то, что должен был сделать любой на моем месте! Начал двигать противень вперед, заваливаясь на стол, убирая сокровенное от жадных рук. Не важно чьих – печенье он не достанет!

Что-то вжалось в мой выпяченный зад, на затылке почудилось дыхание вора.

– Врешь, бесплатно не возьмешь! – рыкнул я и хотел развернуться, да только хрен. Оказывается, я стал немного зажат: ни туды, ни сюды. А руки, сука, у него длинные, только мой рост закончился, как минус одна звездочка и два сердечка.

– Большое спасибо, соседушка, – вор немного отодвинулся, но только для того, чтобы я в этой тесноте развернулся.

Наглое лицо панка я вспомнил сразу, как и его имя.

– Мэлл?!

– О! Ты запомнил! – он даже перестал жевать и радостно улыбнулся. – Очень вкусно! Хорошо, что у нас есть кухарка, а то я всё думал, как мы без прекрасных дам!

– Ты охренел вконец, – кажется, я сказал это с долей восхищения. – Испортил вчера такой вечер, а сейчас спокойно тыришь моё средство сближения с людьми!

– Даже так? – он отряхнул руки. – Я их съел, давай сближаться? – он снова вдавил меня в стол, но я ловко выкрутился, на ходу забирая с собой противень.

– Но-но-но! – пригрозил я. – В моем сердце уже всё занято. Мест нет, ищите другой поезд.

– Пф, сердце, – он рассмеялся, но уточнять ничего не стал.

А я наконец-то смог рассмотреть, что у него на руках – золотые вставки, тонкие нити, как тату, только объемные, явно из металла, закрученные во всевозможные завитушки, проходящие по всей внутренней поверхности руки и уходящие под рукава футболки. Вот что меня слепило!

– Нравится? – он проследил за моим взглядом. – Час назад сделал.

– Пока не понял, выглядит больно, – признался я.

– Ты ещё не видел орнамент у меня в трусах, – он подмигнул и показал язык. Раздвоенный.

Ох, бля. Это точно не деревня, количество фриков на квадратный метр увеличено в тысячу раз.

– Мне и рук хватит, – я наконец-то увидел сквозь полупрозрачное стекло шкаф с пустыми контейнерами и бочком двинулся к нему мимо панка. Мэлл же снова фыркнул и сам достал мне нужную коробку. Как мило, помимо пошлости в нем плещется и чуткость. Но только я расслабился, как он резко ушел в сторону, быстро забирая ещё два сердечка.

– Ещё раз спасибо! Заходи, если станет скучно, и друга приводи, – крикнул он уже в дверях, а я только и успел выдать возмущенное: «Э!..».

А ведь я даже разозлиться на него не могу. Вот есть гады, но такие харизматичные, что им всё прощаешь, они прям внутренне к себе располагают. Он будет мне хорошим пособием по социальности, надо только понять, как ему это удаётся.

Так, если я сейчас совершу марш-бросок пешком, то остальные парни в общаге меня точно также разведут, и печенья своего адресата не дождутся. Лучше я на такси поеду.

***


Я вылетел из такси и вбежал в коридор как ошпаренный, прижимая к груди заветную коробку и унимая вырывающееся сердце! Мои однокурсники – оборотни с слишком чутким нюхом, иначе как это называется?! «Студент всегда голоден», – я-то думал это шутка юмора такая, так нет! Я всего лишь вышел в общий коридор с другими отсеками, чтобы пройти к такси, как меня чуть не затоптали.

«Печеньки!!!», – слышалось отовсюду!

Откуда они узнали?!

Я сполз на пол, вспоминая, как продирался сквозь толпу и заметил голубой огонек на инфокарте. С этой беготней даже не заметил, как мне пришли сообщения, аж две штуки. Моя мега-популярность набирает обороты!

Я прочел первое сообщение и затрясся то ли от смеха, то ли злости. Всё. Финиш.

Эрик, я держался, честно! Даже директора простил, но натура берет своё.

Я быстро подключился в профиль-однодневку и вышел на местный спутник, с него вломился (грубо, с ноги!) в систему инфокарты панка. Если он меня так проверяет, то вот он я! Хотя всё равно не отследит, гад. Там я мелочно попутал некоторые данные, загрузил два своих вируса. Один рассылает сообщения всем контактам – всякую пошлятину, – а второй создает рекламный блок, преследующий при полном погружении. И эти вирусы новые, пока средств защиты нет, так что хотя бы день эта скотина будет мучиться! Ишь, шутник.

Я снова посмотрел на сообщение: «Эй, народ, на 300 этаже раздают бесплатные печеньки, они у парня с длинными черными волосами. Кто его поймает – тому вся коробка!»

Сученыш. На святое покусился.

Я не выдержал и прислал ему уже со своего профиля быстро сварганенную картинку с печенькой и фигой на ней. Надеюсь, поймет намёк.

Я похихикал и открыл второе сообщение.

«Добрый день, Кит Фишер. Из-за сложившейся климатической ситуации в вашем районе необходим дождь не позднее четвертого дня от даты этого сообщения. Пожалуйста, пройдите опрос и укажите, когда бы вы хотели это погодное явление, а когда оно лично для вас крайне нежелательно. Мы составим статистику на основе данных всех проживающих и оповестим вас дополнительно об итоговом выборе. Феам заботится о Вас!»

Столица… Вот это сервис!

А у нас дождь, град и снег ебашил, когда ему это удобно. Только в праздники метеорологи напрягали свои жопы и делали более-менее приятную атмосферу. Хотя около двух лет мне было пофиг, какую картинку наблюдать в окошко. Да и то, чаще оно было зашторено. А уж окна и подавно закрывались – мелкие боты постоянно норовили вывалиться в открытое окно.

Хотя лично мне пофиг, и благо такой ответ был: «Мне всё равно».

Уже совершенно довольный и отдохнувший, я пригладил волосы и одежду, сделал дружелюбную морду, включил на максимум весь свой позитив и двинул к двери. Только я подошел к ней, как та приветливо отъехала в сторону, и электронный голос оповестил меня, что можно входить и даже не разуваться. Даже спросил: чай или кофе. Чай, конечно, глупая машина, я ж с печеньем. Надо будет хакнуть её и перелопатить ИИ, даже бесплатно для личного-то мозгового копальщика.

– Здрасьте, я Кит Фишер.

– Добрый день.

Навстречу мне вышел мужчина в темно-коричневом костюме, явно сотканном из зепто-ботов, по нему то и дело проходила рябь. Значит метаморфозный, очень удобно – не нужно стирать и переодеваться, докупай зептоботов в подпитку, а также дизайны любой одежды от домашних треников до пышного платья – боты сами видоизменятся. Новая технология, пару десятков лет назад ещё тестировали. Бедные тестировщики из-за глюков системы в самом начале оставались совершенно голыми в общественных местах, это уж потом им стали выдавать обтягивающие тело комбинезоны под метаморфозную одежду. Так что вполне возможно, что док до этого был в трусах, а ко мне вышел при параде. Но поговаривают, что из-за такой одежды сыпь на попе… Будет ли уместно, если я спрошу об этом его обладателя?..

Лучше во вторую встречу, когда он проникнется ко мне!

– Понимаете, – начал я, – для меня это несколько… неожиданно. Я как бы уже давно мирный и всё такое.

Я замолчал, а Герхард, видимо, ждал продолжения с легкой полуулыбкой, но, так и не дождавшись, перенял инициативу.

– Вы молодец, что пришли сами. Мы побеседуем в течение нескольких недель, а дальше посмотрим, вы не против?

– Нет.

Он махнул мне рукой, приглашая в квартиру. Не спеша мы протопали две закрытые двери и вошли в третью. В коридоре не было никаких предметов, просто стены с фотообоями зеленого пейзажа и всё. Видимо, чтоб нечем было кидаться и раниться, мало ли какие тут люди ходят.

Третья дверь вела в его кабинет. Я уже настроился на кушетку из фильмов, но её не было. Блять… Последний раз меня так с дедом Морозом обломали. Пара кресел, диван, два стула, стол, дисплей в стене, люстра под потолком и ковер на весь пол: мягкий и пушистый. А кушетки нет…

– Когда вам удобно приходить? – Оханс уселся в кресло и взял одну из двух кружек с чаем. Оперативно заварено.

– Да мне всё равно, расписание у нас без пустых дней в будни. Может, в выходные?

– Давайте я предложу, а если вам будет неудобно, мы пересмотрим?

– Хорошо. Ой, я тут принес, – я открыл коробку, – угощайтесь!

Бровь Герхарда дернулась.

– Честное слово, они не отравлены, я только что испёк. Представляете, их чуть не отобрали по дороге! Кое-как спас! О, и если вы боитесь, я могу от каждой откусить! – затарабанил я, всё ближе и ближе пододвигая к нему сласти.

– Эм, спасибо, – он взял одну, чуть помедлив перед выбором. Звездочку. Черт, я рассчитывал на сердечко! – Очень вкусно, спасибо, – Герхард снова улыбнулся. – Последний раз меня угощал другой студент лет пятнадцать назад. Имя я не могу сказать, но он с той же проблемой, что и у вас. Он принес розовые сердечки, как раз под его волосы.

Ну вот, я у него не первый… Ну ладно, хоть доверительный диалог включился, неплохо. Спасибо пестрый за кулинарный совет журнал и прости, что случайно сжег тебя паяльником.

– Вот эти дни вас устроят? – он повернул ко мне дисплей с органайзером и указал на даты и время. Тут же значилось моё расписание, чтобы мне было легче сориентироваться. Зря силы потратил, я и так всё прекрасно помню, это же не их гребанные имена, это нормальная информация, которая автоматом систематизируется у меня в голове. Я же гений!

– Да, скорее всего, – я сам отпил чай и взял печеньку. – Сегодня как раз можно начать, да?

– Конечно, я сам хотел предложить, – Герхард выпрямился. – Сегодня начнем вступительную беседу. Итак, насколько я знаю, вы раньше занимались взломом?

– Да-да. Док, это совсем не важно, у меня другая проблема! – я решил идти напролом. Ну, в самом деле, то что я хакер – уже клиника и окончательный посмертный диагноз, но вот кое-что ещё можно исправить…

Оханс моргнул и нахмурился.

– Проблема? – переспросил он.

– Да-да! Огромная! Я асоциален, давайте решим мою проблему, я готов работать над собой и всё такое. Скажите, что делать?

Бровь дрогнула во второй раз.

– Вы уверены?

– Конечно!

– Вы знаете определение асоциальности?

– Ну, социальная неприспособленность, отсутствие мотивации к взаимодействию с другими людьми, трудность диалогов, выбора поведения и всё такое.

– Хм, – заключительно сказал он. – Мне всё ясно, – он приложил руку к лицу, недовольно скривился и тихо прошептал, – опять сломались.

Оханс пару раз ударил себя по груди, затем по коленям. Его костюм задрожал и зарябил сильнее, а потом прямо на моих глазах у него отобразились усы. Шикарные серые усищи: толстые, формой как ворс у кисточки.

Мои глаза приняли более округлый вид, но я успел вернуть роже покерфейс, когда док снова посмотрел в мою сторону. Так мы и сидели, попивая чай, будто ничего не произошло.

Он мне точно поможет?..

– Давайте сегодня поговорим на свободные темы. Вы расскажете мне историю из детства – любую: смешную, грустную или страшную – ваш выбор, а потом я расскажу свою историю такого же типа. Хорошо?

– Конечно! А давайте три, нет, пять историй?

Я загорелся!

Эрик же сказал, что задержится с группой – времени навалом: сейчас поболтаю, встану на путь реабилитации, а вечером займусь безумным сексом с самым милым рыжиком в Галактике!

– Так вот! Первая история и имя ей… ммм… «Несправедливое распределение докладов в третьем классе, или как я узнал метод Поперечного Взлома».

– Интересно-интересно, продолжайте, – Оханс пригладил усы и разлил ещё чая.

Навык социальности. Плюс шесть целых и пять десятых.

То ли ещё будет!


Глава седьмая или Сексуальные уроки геометрии
Кажется, даже стены дрожали от хохота или, скорее всего, вся высотка… Ещё немного, и к нам придут соседи.

– Ммм, Эрик, хватит ржать уже, – я пытался его утихомирить уже пять минут.

– Хах… ох, – он полулежал на кровати, держась за бок. – Хотел бы, ха… увидеть его лицо. Печеньки, блин, ах-ха-ха! Печеньки!

– Если хочешь моей выпечки – так и скажи, – буркнул я, усаживаясь рядом.

Я заболтал Оханса до вечера, рассказал все истории садика и половину из начальных классов, тот только охал, записывал и, как обещал, делился частью своих историй, к удивлению довольно занимательных. Если бы не незваный гость, пришедший к доку, то, наверное, мы бы так до утра просидели. А когда я вернулся в общежитие, все уже поужинали и разошлись по комнатам. Эрик тоже был на месте, и я решил поделиться новостями, а он… В общем, сами слышите.

Рыжик уже не мог смеяться, он просто тихо постанывал, хрипло прокашливаясь.

– Нахохотался? – спросил я беззлобно.

– От души, спасибо… кх-кх… большое! Ну и как? Возымели успех твои кулинарный изощрения?

– А то! Правда, я не первый такой умный, некое розовое меня опередило, ну да ладно, – я махнул рукой и тоже полу-улегся, оперевшись на руку. – А у тебя как прошло?

– Ох… – Эрик аж покачнулся. – Людей было так много, что я не запомнил никого… Ну, кроме моего партнера по практике.

Я скрипнул зубами. Ну вот – партнер. Ревность плохое чувство – разъедает изнутри и отключить его так сложно, что проще застрелиться. Да и без неё никак, так сказать, для остроты – перчинки, но у меня по-другому – я чувствую, что Эрик особенный: яркий, красивый, сильный и умный. Да ещё и рожу «возьмите-меня-прямо-на-парте» так и не научился выключать. Школа – это одно, к дому близко, времени мало, здесь же всё по-другому. Новые люди, впечатления… свобода, мать её…

Вот так ревность медленно отъедает кусочки, превращаясь в страх. А кому нужен трясущийся за любовь человек: сковывающий и не доверяющий?

Вот-вот. Никому.

Так что больше, чем потерять Эрика, я боюсь, что ревность возьмет надо мной верх…

– Э-эй! – резкий щелчок по носу вывел меня из черных мыслей. – Завис? Я говорю, завтра познакомлю тебя с ним, с Роем.

Рой-Шрой…

– Хорошо, а я вот с Аки, вроде как, задружился на церемонии и что-то не подумал про практику. Надо бы ему предложить себя.

– Ну, от такого подарка судьбы никто не откажется, – фыркнул Эрик и снова начал хихикать. – Испечешь ему печеньки.

– Мда… Ты ещё неделю надо мной ржать будешь, да?

– Ага, – он радостно махнул огненной головой.

– В таком случай, будем методично из тебя эти данные выбивать! – я деловито скинул футболку и оседлал его. – Готов?

Он хитро прищурился и резко перекатился, подминая меня под себя.

– Ты меня опередил, но я всё равно возьму верх, – он жарко дышал в ухо, отчего член сразу же налился, но я всё-таки смог взять себя в руки.

– Проверь, в окне пусто? – прохрипел я, а рыжик состроил саркастичную мордашку.

– Уже проверил. Пусто. Я видел этого гада вечером, он зашел в комнату… И хватит о других парнях, – Эрик привстал. – Я же сегодня доразбирал коробки и нашел одну удивительную... Кит, мне кажется, жизнь тебя ничему не учит.

Эрик прижался ко мне сильнее, сам что-то ища под кроватью, и, судя по его лицу, нашел.

Ох… надо было запихать это не с аптечкой, а со своими железками. Черные наручники и не менее черные шарики на силиконовой веревке.

– Это для учёбы, – я попытался улыбнуться.

– Если хочешь, я запихну вот это в тебя, – он кивнул на болтающие шарики, – и отправлю тебя на пару. Нет, лучше вибратор, я видел его в той же куче.

Я заерзал под ним. Не то, чтобы Эрик не любил все эти штуки: когда дело доходило, он ещё как распалялся, но вот упорно делал вид, что всё это, ой, как не одобряет. А я подыгрывал – эдакие ролевые игры в хочу-не хочу.

Пока я думал об этом, мои запястья уже приковали наручниками к изголовью одной из кроватей. Эрик, возвышаясь надо мной, облизнулся, его глаза похотливо блестели, глядя на мои мерно покачивающиеся выгнутые ребра.

– Неплохо, – прошептал он и стащил мои штаны, нарочно задев пульсирующий член. Под давлением головка почти обнажилась, и Эрик легким движением довел дело до конца, вызывая мой стон.

Лишь бы не кончить сразу…

Но если Эрик за что-то берется, то делает это идеально. Он сам разделся, нарочито медленно, неестественно, но очень сексуально выгибаясь – красуясь со всей своей загорелой кожей, веснушками даже на ягодицах, но к себе он не прикасался, видимо, был заведен ничуть не меньше.

Нейман надавил на мои колени, и я даже не стал сопротивляться, раздвигая их, тут же смущаясь – всё-таки я в этой позе не так часто оказывался, как Эрик. Он всегда как чувствовал момент, когда я безотказно ему отдамся. Это даже не зависело от времени воздержания или настроения, просто один его взгляд, один мой, и вот я уже как завороженный под ним, принимаю его, покорно расслабляясь в экстазе.

Эрик тем временем улегся на живот, чуть поморщившись, и медленно опускал голову вниз, предварительно открыв рот и выставив язык. Головка, уздечка, ствол, часть яиц и вверх – в обратном порядке. Он аккуратно водил языком, пока не беря в рот – знал, одно движение, и я кончу. Ему было интереснее изводить меня… Режим «Рыжая бестия».

– Ох… Эрик, – стонал я, до боли в запястьях изворачиваясь, стараясь как можно сильнее придвинуться к его губам. На руках уже точно следы от долбанных браслетов: и не каких-то игрушечных, а самых настоящих… сам заказал… дебил… Ах!

Одна его рука проскользила по потному бедру вверх, к животу и обратно, а вторая медленно перебирала яички. Пытка была невыносима, если бы руки были свободны, я бы уже давно сам себе помог!

Я почувствовал его легкий смешок: теплый воздух резко прошелся по паху.

Ещё и ржёт, чертеныш!

Но вот он, наконец-то посмотрев на меня и на мой полу-умоляющий полу-укоризненный взгляд, медленно вобрал в рот. Всё больше и больше опускаясь, утыкаясь носом в жесткие волосы. Не знаю, что лучше: это зрелище, эти чувства, или его открывшиеся способности к минету.

Мне хватило двух подходов, чтобы дрогнуть всем телом и болезненно кончить ему в рот. Пятна засверкали перед глазами, пришлось свести локти, чтобы отгородиться от света и поддержать опустевшую голову… будто это из неё убыло.

Я сонно разлепил глаза, следя за его манипуляциями с тюбиком смазки и собственным телом: он подложил мне под низ спины диванную подушку и аккуратно вводил наконечник, заливая внутрь прохладную жидкость. Теплая нега была нарушена холодом и я, застонав, попытался уползти, да только куда?

– Тихо-тихо, – Эрик погладил меня по бедру. – Сейчас попробуем кое-что новенькое.

От его хитрой улыбки и взгляда на веревочные шарики, мне сразу поплохело. Эксперименты на моей личной жопе!

– Эрик, а может…

– Ты против? – он сделал личико «не-дали-игрушку-бедному-мальчику», и я тут же захлопнул варежку. Знал же, против кого шёл, мог и не пытаться. Как там? Расслабьтесь и получайте удовольствие? Оторвать бы руки тому, кто это придумал!

Эрик недолго помассировал меня изнутри двумя пальцами, решил остальное доверить шарикам, тем более размеры у них были от меньшего к большему, а самый большой всего три или четыре сантиметра. Я специально небольшие брал, а то меня этой веревкой бы и задушили. Рыжик взялся за первый шарик, приставляя его к входу, а я как трус сжался, за что получил короткий шлепок.

Эх…

Я расслабился, позволяя втолкнуть в себя первого геометрического друга, затем второго… О, Космос, сколько их там было? Пять? Восемь? Десять?

Третий и четвертый из-за плохой растяжки шли труднее, но всё-таки прошли. Я ждал пятого, но Эрик посчитал, что интереснее будет их вынуть: медленно и с упоением. Ощущения странные, хоть и всем знакомые… Я смотрел на свои задранные под потолок ноги, дрожащие на весу, небольшую складку на животе, от сложенной почти пополам позы и старался не думать ни о чем. Шарики снова заспешили внутрь, проходя уже лучше, даже пятый влез, а вот шестой – нет… И снова в обратную сторону... Скольжение, напряжение, выход, скольжение, напряжение… выход… И так пять раз! Даже не знаю уже, пробовать ли их на Эрике, пока всё очень странно!

Эрик засунул в меня уже шесть шариков и отпустил веревку.

– Держи их! – прошептал он, глядя на то, как я чуть не позволил всему этому добру выпасть. Я послушно сжался.

Эрик же погладил большим пальцем пульсирующий анус, чуть понажимав на явно торчащий шарик, изводя меня ещё больше, а потом резко снова взял мой опавший член в рот, так резко, что я дернулся, больно сжавшись. Его голова быстро и жадно ходила вверх-вниз, большой палец всё ещё упорно теребил выпадающий мячик, но я уже не обращал внимания, снова заводясь – не так сильно, как в первый раз, теперь хоть мог немного потерпеть и растянуть удовольствие. Эрик так умело облизывал, посасывал, заглатывал, проводил языком, что у меня уже через пару минут член превратился в каменный стояк.

Рыжик оторвался, свободной рукой вытирая рот и наклоняясь ко мне, накрывая моё тело своим. На секунду он задержался, улыбаясь тому, как я потянулся за поцелуем, но из-за скованных рук не мог сильно оторваться, так и зависнув в паре миллиметров от него. Но я даже не успел обидеться, как он тут же прильнул ко мне, жадно целуя, и медленно вынимая шары, про которые я почти успел забыть. В голове зашумело от переизбытка новых эмоций. Он вытянул почти все, но сколько-то осталось, тогда Эрик оторвался от меня, напоследок легко поцеловав висок. Я хотел заурчать от ласки, как почувствовал, что шары начали возвращаться, а со стоявшим членом это было уже совсем другое ощущение. Я прогнулся в спине, когда седьмой и последний шар вошел в меня, только конец веревки с кольцом остался висеть.

– Эрик, по-моему, я уже достаточно растянут, – захныкал я, чуть повиляв попой. – Вытаскивай.

– Я же сказал, будет кое-что новенькое, – он легко, даже нежно погладил меня по бедру и снова взялся за смазку, обильно поливая свой член.

И до меня вдруг дошло.

– Э… Эрик!

– Кит, не сжимайся, – он вплотную придвинулся ко мне, приставив конец своего члена. – Если будет больно, сразу остановимся, шарики же небольшие.

У меня от страха даже стояк опал, но Эрик тут же принялся ласкать его рукой, а другой поглаживал грудь, специально царапая соски, и через пару секунд я снова расслабился, чуть кивнув и закрыв глаза. Не могу смотреть на то, как моя жопа порвется.

Первый толчок был пробным – я опять сжался, но тут же расслабился; второй – уже легче, Эрик смог войти и явно уперся в один из проклятых шаров, но тот был внутри, поэтому сильного перенапряжения не чувствовалось. Тогда Эрик осторожно качнул бедрами чуть сильнее, а я, не выдержав, открыл глаза и уперся в его пристальный взгляд. Он следил за моим состоянием, чуть обеспокоено щурясь. Внутри потеплело от осознания его заботы. Экспериментатор рыжий… Третий толчок, и он наконец-то поравнялся с шаром… точно поравнялся! Ощущение переполненности и легкая боль, стрельнувшая через всю спину, мой тихий всхлип...

– Черт! – Эрик хотел вытащить, но я сжал его ногами, останавливая, а сам привыкал к новой степени растяжения. Внутри было не так страшно, вот если бы в меня пытались запихать что-то огромное, тогда было бы очень больно, но пока – терпимо.

– Продолжай, – прохрипел я, локтем смахивая с лица запутавшиеся волосы.

– Точно? Не геройствуй!

– Точно-точно, не больно пока что… – я расслабился, и Эрик начал потихоньку двигаться вперед, иногда чуть вынимая и снова входя. Переполненность стала привычной, даже обычной, а когда Эрик прошел две трети своей длины – так и вообще приятной, с каждым новым толчком в определенное место. Даже рыжик, напряженно следивший за моим выражением лица, расслабился и подмахивал усерднее.

Его челка стала мокрой от пота и попадала в глаза с каждым звонким шлепком, но он не отпускал мои ноги, всё больше вколачивая в кровать. Эрик закрывал глаза, тихо и размеренно дыша, пытаясь не кончить раньше меня, а я метался под ним, не в силах поласкать себя, но он, заметив это, не спешил освободить руки. Рыжик сам подался вперед, как недавно, просовывая между нами руку. Второй же уперся справа от моей головы, и я тут же прильнул к ней. Смотря в его зеленые глаза, я легко облизывал его упирающиеся в мягкую ткань пальцы и наслаждался тем, как он дрочит мне. Трахает и дрочит. Самостоятельный ботаник! Я резко укусил его указательный палец, даже след остался, но его наслаждение перекрыло мой детский поступок, и он лишь слегка дернулся, зажмуриваясь и загоняя в меня последний раз, прежде чем задрожать всем телом и резко кончить прямо внутрь, с жаром опаляя внутренности. Эрик честно пытался ещё и дрочить мне, но его судорога мешала, а в конце он вообще повалился сверху, придавливая немаленьким весом.

– Кх! – возмутился я, и его рука спешно задвигалась вверх вниз. Немного не успел!..

Я снова выгнулся, подаваясь вперед вслед за его рукой и кончил, пачкая нас теплой спермой.

Он не спешил вставать, а у меня всё пульсировало и отдавало на долбанные шары. Я напряг живот, стараясь изгнать их из себя, но не смог в этой позе. А рыжий эгоист только замурчал, поглаживая моё колено.

– Эрик… вытащи их…

«…и выкинь», – чуть не сказал я. Но нет, он тоже должен будет испытать это галактическое ощущение!

Рыжик наконец-то встал и потянул за кольцо: семь… шесть…

Ох, самые большие позади, а остальные я к своему ужасу не почувствовал. Мда… Растрахан по полной программе, даже страшно смотреть, что у меня там теперь!

– Всё нормально выглядит, – Эрик как мысли прочитал, аккуратно засовывая палец внутрь, проверяя, есть ли кровь, но, видимо, я зря волновался. – Ты как?

Он наконец-то отстегнул мои запястья и сам принялся их растирать.

– Чувствую себя… грязным, – наши с ним труды начали противно подсыхать. – Как бы в душ через весь коридор-то незамеченными пробраться?

– Ты вообще идти можешь?

– Не уверен…

– Черт, я об этом не подумал… – рыжик закусил губу.

– Можно заказать такси к окну, слетать до отеля, помыться там и вернуться! – я даже попытался активировать инфокарту, но Эрик перехватил мою руку.

– С ума сошел?! Выпадем!

Я хотел вспомнить панка, но лучше Эрику про него не напоминать.

– Ладно! – кажется, он на что-то решился. – Я тебя отнесу.

– Как принцессу или как тюк с бревнами? – переспросил я, следя за тем, как вытягивается его лицо.

– Э… А сам как хочешь?

– Как принцессу!

Рыжик приподнял бровь, но, ничего не сказав, аккуратно сполз с кровати и подошел к моему бренному тельцу.

– Миледи? – спросил он, просовывая одну руку мне под спину, а вторую под колени.

– Ах, сэр-добрый-рыцарь! – кокетливо проворковал я писклявым голоском. – Злой дракон напал на мою светлость, пожалуйста, отнесите в безопасное место со световым расщеплением микрочастиц!

– Капризная какая, – буркнул мой рыцарь и, перекинув через плечо, быстро закутав нас в простыню, поволок меня как бревно в «свою пещеру».

Мораль главы сей такова: не в каждой сказке хакер-принцессе удается сбежать от рыжего дракона.


Глава восьмая или Утро добрым не бывает. Точно не бывает!
Интересно, утро бывает приятным?

Гадкое, противное, раннее, резкое, ужасное, отвратительное, хреновое или херовое… За всё время существования я скопил весь этот комплект эпитетов… Но вот «приятное»? Я уж не говорю об идеальном или прекрасном. Кому нужно продать душу, чтобы возыметь это явление в свою жизнь?

Ладно, кого я пытаюсь обмануть: от каждого действия есть свои последствия, и прекрасные утра случаются у тех красавцев, кто рано ложится и спит долго и счастливо. Это не про меня! Но я честно хотел! Я пытался…

Мы даже легли вчера после дикого набега на душ, пряток от вышедшего на кухню Юна (попить водички захотелось, очень вовремя). Мы пять минут за диваном прятались голые в одной простыне на двоих, а у меня жопа начала болеть так, что в том положении зигзагообразного кренделька, я думал, вообще не выживу. Но нет, человеки – раса живучая. Мы вернулись в кровать, в порыве нежности обнялись, закрыли глаза и… Мне пришло срочное сообщение: «Ахтунг! Всё сломалось! Оно само! Мы тут не при чём! Спасите-помогите-отладьте…», и всё в том же духе. Поэтому я смиренно пополз к дисплею, забился в угол и просидел там до рассвета. Поспать удалось минут сорок.

Долгое вступление… Но если кратко: утро выдалось на редкость мерзостным, ещё и обещанный дождь включили для создания полного мрачного антуража.

В данный момент мы находились на паре, а я даже не знал, как попал сюда. Я моргал, и кадры как в замедленной съемке нарезались: одеяло, Эрик, зеркало с чей-то красноглазой рожей, дрожащие руки завязывающие кеды, улица с ярким солнцем и наступающими тучами, развозящий лайнер с кучей пестрого народа, потом тьма… И следующий кадр – я сижу за партой, рядом Аки, а перед нами тот понравившийся мне препод – декан нашего факультета. В костюме и потертом банном халате поверх него, на одной ноге тапочек в виде сосиски, а на другом - туфель.

На секунду я даже проснулся.

– Аки, – прошептал я. – Сосиска!

Мозги соображали туго, но я решил довериться его сообразительности.

– Шшш! – Эберт сделал испуганные глаза и коротко глянул на препода. – Мистер Партер же только что сказал, что любые замечания и вопросы о его нарядах будут караться дополнительным билетом на экзамене!

– Это всё фигня… – махнул я рукой и снова улегся на стол, сладко закрывая глаза и проваливаясь обратно в бесконечную пелену грез.

Бывает так, что спишь и понимаешь, что это сон, но вот управлять им не можешь. В далеком детстве, в последних классах младшей школы в период учитывания самой разной литературы, я наткнулся на статью, где какой-то умный дядька рассказывал, как из никчемного наблюдателя превратиться в бравого героя своих снов, то есть научиться управлять ими. Я – милый и наивный мальчик следовал инструкциям: записывал всё, что помнил. Дисплей всегда был возле кровати, и когда нормальные люди потягивались и крутились последние мгновения под одеялом, я с безумной скоростью печатал те крохи, которые остались в памяти. Около месяца всё шло неплохо, мне даже казалось, что вот-вот скоро я покорю свои сны… Если бы один хрен-одноклассник не расшарил мои записульки… Если читать их на трезвую голову – это был даже не арт-хаус… Ржали надо мной ещё полгода, а мой эксперимент так и не был доведен до конца. Правда, сразу после этого я попал в ОлдНет… Интересно, связано ли это?

Вот и плыло моё сознание медленно и незатейливо на огромной, мать её, сосиске. Жопа в седле, седло на сосиске, сосиска в серой патоке подсознания. Я уже смирился с происходящим, даже похихикал над своим же воображением, как навстречу мне выплыла ещё одна сосиска, точнее выскочила.

– Эге-гей! – возликовал её наездник – хитрый гад и наглая сволочь – панк собственной персоной. Он приподнялся в своем седле, откинул руку, на ходу снимая ковбойскую шляпу и обнажая свои наполовину выбритые синие волосы, и галопом устремился прочь.

Если во сне можно было охренеть, то я охренел в кубе.

С другой стороны показался мой психолог: его модифицированная одежда приняла вид пижамы, а сам он читал что-то с дисплея. Он как раз хотел почесать свои усы, но, как и при нашей встрече на лице их не обнаружил и, выругавшись, хлопнул по колену. На месте усов выступили две сосиски…

Кажется, стоило позавтракать или пропустить первую пару…

Психолог поплыл прочь, а за ним вышагивал отряд печенек с сосисочными руками-ногами. Они весело маршировали, а когда какая-то линия печенек равнялась со мной, то отдавала честь. На всякий случай я помахал им рукой, ну вдруг обидятся? Не хорошо обижать собственный сон.

Я ждал, что ещё выкинет воспалённый мозг после трудной ночи, но вместо этого почувствовал зуд. Он усиливался, исходя из левой руки, проникая в каждый уголочек тела.

Сосиска звонко лопнула, а я полетел вниз, резко и страшно, как это иногда бывает во снах…


Я подскочил под тихое хихиканье Аки.

– Чем вы вчера всю ночь занимались? – прошептал он, на секунду отвлекаясь от настольного дисплея, на который проецировалась презентация лекции, запущенная на большом дисплее у стены.

– Догадайся, – я прижал пальцы к вискам – зептоботы в крови еле-еле справлялись с болью.

Аки почему-то покраснел.

– Вы так близки с Эриком, – ляпнул он, тут же выпучивая глаза и открывая рот. – Ой, то есть!.. В общем, не отвечай, спи дальше!

– Я работал по старому проекту, – я фыркнул. – Надумал всяких извращений.

Эберт прятал покрасневшее лицо за короткими русыми волосами и делал вид, что очень вдумчиво изучает материал. Я присмотрелся – основы алгоритмов. О, Космос, какой дятел пойдет учиться на безопасника не зная основ? Это как пойти учиться на гуманитария любого сорта и не уметь писать.

Я снова почувствовал зуд, точнее вибрацию – на инфокарту шли сообщения. Вот, что меня разбудило! Может, это Эрик соскучился и спрашивает как я после его вчерашних экспериментов?

Нет, не стоило и надеяться, что мой ботаник оторвется хоть на миг от учебы, но сообщения были с когда-то созданной пометкой: «Тебя прощупывают, тупой хакер! Поймай и уничтожь идиота!».

Давно мне не приходило это системное сообщение, точнее оно не от самой системы, а от моих модулей, расставленных в каждом свободном уголке инфокарты. Но кому я мог понадобиться: я же сейчас пушистее пушистого, белее белого и милее милого! Кто-то из студентов играется?

Я оглянулся.

Ещё пара человек и один инопланетянин – такой же желтый как наш – также как и я пырились в инфокарту. Или забили на Партера с его лекцией, или кто-то из них пытался меня сломать. Забавно, что внутрь не лезли, лишь «осматривали», искали дыры, обходные пути, ведь только сунься с чем-нибудь серьезным в мою обитель, как включится горелка и их вживленные платы натурально так сгорят: будет много дыма и веселья, возможно ещё жженой плоти. Но некий анонимный хакер был весьма осторожен, возможно, он даже увидел признаки установленной горелки. Но тогда это профи, а если профи, то я хочу с ним познакомиться: обменяться опытом, задружиться и опробовать парное программирование!

Я замечтался и очнулся только тогда, когда мне пришло ещё два сообщения с той же пометкой. Надо найти негодяя! Пара? Какая пара? Сон? Какой сон? Всё как рукой сняло: есть только я и объект, который ещё не знает, что он влип.

Я быстро собрал данные инфокарт всех присутствующих и стал отслеживать активность – пусто, совпадений нет. Значит, это не кто-то из комнаты? Или он зашел в скрытом режиме или создал дубликат профиля, или ещё что похлеще. Утробно зарычав, я решил пойти в лоб и плести небольшую ловушку для хакера, медленно опутывая его небольшими вирусами. Удивительно, но вирусы или удалялись, или с тройной силой нападали уже на меня. Ох, как же не хватает дисплея, или лучше капсулы, там бы я смог развернуться, но придется воевать тем, что есть. Я атаковал хакера, а тот мягко уклонялся, я заманивал его, приоткрывая «дверь» в профиль, он клевал, но при попытке поймать как воздух выскальзывал, растворялся и наступал уже из другого места. Хакер не пытался ломать карту и уже собрал все данные, какие мог с поверхности, зачем ему эти игры? Или ему интересно, что я ещё предприму?

Сигнал окончания пары ударил как гром, я подпрыгнул на месте, впрочем, как и препод, до этого что-то рассказывающий и при этом копающийся в инфокарте, как и тогда на церемонии.

А мог он?

Да нет… Вряд ли…

Все начали собираться, Аки что-то втирал про симпатичную преподшу на следующей паре, как Партер, перекрикивая всех, указал на меня:

– Фишер, останьтесь!

Все дружно посмотрели на меня, как бы оценивая: кто-то ухмылялся в стиле «щас тебе зададут», кто-то просто рассматривал с любопытством, а я, чувствуя эти взгляды, всё больше вспоминал школу. Лишь бы только без черной репутации обошлось, не хватало на пять лет в общаге запереться.

– Да, мистер Партер? – я спустился к нему, оперевшись о стол, когда за последним студентом закрылись двери.

– Вы будете спать на каждом моем занятии?

«А вы будете на каждом занятии объяснять всякую легкотню?», – чуть не выдал я то, что сказал почти всем учителям в школе, но вовремя прикусил язык и как-то неловко пожал плечами.

– Ладно, – Партер, потеребил пояс махрового халата. – Вы хотите сдать экзамен?

– Да?.. – я скорее сам задал вопрос. К чему он клонит?

– Выбирайте: или я пущу вас по всем кругам Ада, цепляясь к каждой лабораторной, примитивной… для этого середнячка, – он кивнул головой на столы, где сидели студенты. – Или вы выбираете куратором меня и делаете трудные, но интересные задания и не имеете проблем.

Он махнул мне рукой, типа выбирай парень. А я засмеялся под его вытягивающееся лицо, даже то, что я прикрыл рот, не помогло скрыть смеха. Ох, чувак… Я читал устав универа, экзамен я могу сдать и комиссии, а лабы… К чему можно придраться с моим-то стажем?

Вместо ответа я снова притянул к себе руку и прямо при преподе продолжил взлом своего оппонента-хакера. Партер сжал губы.

Я давил мягко, но если хакер не будет защищаться, то я смогу взломать его. Секунда, другая, ещё немного…

Мелон закатил глаза.

– Космос, хватит ломать мою инфокарту! – вздохнул он, тоже притягивая руку, одним виртуальным щелчком отшвыривая меня к старту и перекрывая все пути, по которым я шел. – Один ты что-то заметил, – пожал плечами он.

Понятно всё. Он прощупывал студентов всю лекцию и искал себе жертву.

– Я согласен, если не нужно будет изучать то, что я уже как десять лет знаю, – я улыбнулся. Кажется, нужна новая порция печенек.

– Вы про лекции? Не беспокойтесь об этом, теперь этот предмет для вас сузился до практических заданий под моим руководством. Тему курсовой я вам обеспечу, на неё и будете работать, – он махнул рукой и, даже не прощаясь, снова залип в инфокарте, на этот раз печатая какой-то код.

Видимо, он так всегда делает, когда что-то резко придумывает. А я, радуясь тому, как всё сложилось, поспешил за своими на «любимый» предмет – Всеобщий. Будто мы родной язык в школе не выучили. Всё-таки учёба пока не для меня… Одна надежда на другие околопрофильные предметы, ну и конечно на моего нового руководителя. Надо будет Эрику похвастаться!


Глава девятая или Соперник
Как я и предполагал, «Всеобщий» прошел скучно: слава Космосу, мы не повторяли правила орфографии и пунктуации, а учились составлять резюме. Как подать себя, что лучше писать, а что опустить… Полезное дело, если бы в Сети этого ценного опыта не было, а так его там – терабайты! Полтора часа просто впустую… В следующий раз возьму дисплей: поработаю или поиграю с Малышом в Шах-Ки.

Сейчас мы выходили с практики «Администрирование капсульного парка» – из-за того, что лекций ещё не было, от нас ничего и не требовалось, так что мы только пощупали своими ручонками провода под панелями, посмотрели на удаленную стойку с приёмниками спутниковых сигналов, поахали, повздыхали и наконец-то ушли. Аки был весьма весел – хорошо быть счастливым, когда спал больше сорока минут…

Сейчас у нас должна была быть ещё одна практика, и что-то мне подсказывает, что без лекций она пройдет так же как и предыдущая. Не прогулять ли?..

Я вздохнул, уворачиваясь от встречного потока и не выпуская макушку Аки из зоны видимости. Над нами пролетали роботы, таскающие какой-то хлам, киберуборщики, у которых туннели, вопреки обычному, располагались под потолком, а не у пола. Забавное зрелище, как они ползают по стене: огромные насекомые.

– Кит! – донесся до меня голос Эрика.

Свет очей моих! Спаситель! Щас я его обниму и подзаряжусь позитивом на оставшиеся две пары.

Я повернулся, улыбаясь во все тридцать два, но как только увидел, что он не один – улыбка сползла. Под два метра ростом парень, с длинными платиновыми волосами, заплетенными в тонкие косички, но при этом в строгом костюме стоял около Эрика.

– Это мой напарник, Рой Фриз, помнишь, я о нем говорил? – Эрик радостно улыбался, а я смотрел на руку Роя, которая покоилась на плече рыжика. Меня чуть не накрыло волной, в ушах зазвенело, и если бы не Аки, случайно задевший меня при повороте, то я бы так и врос на месте.

– Да, помню, – выдавил я. – Я – Кит Фишер.

– Рой как ты, избурчался, что пары пока вялые и не информативные! – Эрик продолжал улыбаться. Почему я не замечал, что он довольно общительный? Или из-за его положения, работы и учебы у него просто не было другого выхода, как не иметь обременяющих связей, а сейчас всё наоборот…

Иногда бывает, что люди ослепляют: Эрик светился радостью, этот Рой-Шрой аристократичной серьезностью, панк харизматичной самоуверенностью, два наших геймера – некой загадочностью, даже Аки светился любопытством и восторженностью. А я?.. А я наконец-то понял, что так не нравилось мне в моей ревности. Я уже говорил, в малых дозах она не страшна: её капля – перчинка, стакан – собственничество, разливающееся море – безумие, одинокое и разрушающее.

Но я не только ревновал, я…

…завидовал.

Признание самому себе – первый шажок в решении проблемы? Ха! Это обнаружение долбанной проблемы! Нужно как можно быстрее выправлять свои мозги и стать нормальным социализированным индивидуумом!

– Крутые косички! – я решил начать с комплимента: всё-таки прическа и правда была интересная. – Кому-то проспорил?

Рой презрительно поднял бровь, или мне показалось? Эрик сделал страшные глаза, но его окликнул какой-то препод, и рыжику пришлось нас оставить.

– Встретимся на паре, а с вами вечером! – он помахал нашей троице на вид обычной, а на самом деле ненастоящей рукой и умчался.

– Мои, как ты выразился, косички, – медленно начал Рой, таким тоном, будто я дебил полный и беспросветный, – дань уважения семье. Пока я не верну затраты на себя, я должен выглядеть так.

Галактика полна… бесполезностей.

Я упорно держал покерфейс на лице, он сползал, брови хотели показать всем, что они удивлены, а рот, зараза такая, пытался расползтись в усмешке, но я держался. Всё-таки мало ли какие где порядки. Хотят люди заморачиваться на чем-то – это их дело. Надо радоваться собственной свободе и перестать удивляться, всего пара дней отгремела, а я ещё и половины не видел того, что готов предложить Феам.

Аки же нахмурился.

– Так ты из тех Фризов, которые владеют киберостроительными цехами?

– Средний сын, – кажется, Рою понравилось, что его узнали. Я молчал, так как в первый раз обо всём этом слышал. Я мог собрать робота, но знать не знал, кем они производятся в большой мир.

– У нас дома собака от вашей фирмы, нам не по карману настоящая, да и времени бы не хва…

– Эрик говорил о тебе, – вдруг произнес Рой, грубо прерывая Эберта. – Я думал, что увижу что-то… достойное. Но это… – он говорил слово за словом, глядя мне прямо в глаза. Мои брови всё-таки вырвались из плена и устремились вверх.

– …убожество. Ты не достоин Эрика, – ревниво произнес он и, развернувшись на каблуках, пошел прочь.

Ну ахуеть теперь. И что это было?! Он, что ли, достоин? Да Эрик такая лапочная няшечная няшка, что его вообще никто не достоин! Уж тем более не такое чмо!..

Мысли быстро пробегали в голове, кроме мата остались только предлоги. Последние войны презрения у меня были в средней школе, когда я ещё туда ходил. Не нравился я общей массе, а кому нравился или был безразличен не нравился так – на всякий случай, чтобы другие не заклевали. Но сейчас-то – взрослые, без пяти минут совершеннолетние лбы!

Миг, и я ещё вижу его спину, а в голове просто феерично вовремя возникают остроумные ответы, в пух и прах разбивающие гордость этого засранца. Но я стою. Стою, наверно, с самой охеревшей мордой лица на планете…

– Да как он только посмел сказать такое незнакомцу! – Аки завелся первее, тут же хватая мою руку. – Не слушай этого урода! А ещё строит из себя!..

– Всё нормально, – я вздохнул, а Эберт, всё равно что-то бурча, потащил меня в сторону следующей аудитории.

***


– Система показывает низкое давление и общее физическое утомление. Кит, вы не выспались?

Этот гад… Он точно подкатывает к Эрику! А если выйдет как с Райаном?

– Кит Фишер?

Рожа у него хитрая, а рыжик – доверчивый до безобразия при всей своей упёртости!

Что-то коснулось моей руки, и я вздрогнул, резко поднимая глаза и упираясь взглядом в шикарные усы своего психолога.

– Вы уже пять минут не реагировали, пришлось пойти на контакт, – Оханс улыбнулся. – Я спрашивал, как ваше самочувствие? Забыл сказать, что в моем кабинете измеряются внешние данные: пульс, давление, некоторые действия и выражения лиц.

Мда… «Мы следим за вами для вашей же безопасности», – рекламный слоган ПРЦ о внедренной во всех штампованных уличных киберов системе контроля населения. Хорошо хоть отключается она очень просто, иначе бы я точно пару раз влип в школьные годы.

– Я не выспался, – диван казался таким мягким, но я злился на гребанного Шроя, поэтому сон стоял в сторонке и ждал своего часа, добавляя тяжести в тело.

– Хотите рассказать, почему? – Герхард точно подумал, что я что-то ломал, и был отчасти прав, только вот мне заплатили сами создатели ресурса за эти манипуляции, так что я ответил просто:

– Работал по старым заказам, доделывал хвосты, – я как можно более беззаботно оперся о подлокотник, и то ли док купился, то ли всё понял, но никак это не проявил.

– Вы планируете совмещать работу и учёбу?

– Конечно! Я ж со скуки помру, особенно если пары будут такими же, как сегодня! – я решил не врать, может, он так быстрее отстанет? Поставит у себя заметку: «Воображает себя слишком умным, не опасен, можно выпустить в общество».

– Ну это мы обсудим попозже, когда вас как следует загрузят на занятиях, – Оханс усмехнулся. Не поверил мне. Ну и ладно, я всегда найду себе дело.

– Вас что-то беспокоит? Я вижу, что вы о чем-то думаете, – он даже отложил дисплей, в который всегда что-то записывал. Типа для моего доверия? Выражение участия? Блин, после аристократа волосатого я теперь всех во всем подозреваю на автомате!

– Это личное, – Оханс слегка улыбнулся и долил мне чая, но при этом сохранял молчание, а я ощутил себя на каком-то девичнике, где все обсуждают своих половинок. Бр-р-р-р…

– Док, вот представьте: у вас есть дорогой человек, а у него появился новый друг, который вроде бы нехороший человек. Что делать?

– А что вы хотите?

– Я не хочу, чтобы дорогой мне человек страдал…

Хочу запереть его только для себя, чтобы никто им не любовался, чтобы он никому не улыбался той светлой милой улыбкой!

– Знаю! Испеку печенье с ядом и все проблемы одним махом! – я улыбнулся, а Оханс поперхнулся. – Да шучу я, поговорить с ним надо, это и ежу понятно.

Только это не так просто с моим бараном-то. Нужно же было в первые дни вляпаться в любовный треугольник!

Ну… Всё в этой жизни бывает впервые: любовь, спасение своей будущей любви от извращенца, собственный вирус-извращенец, смена обстановки, эксперименты на собственной заднице…

Прорвемся!


Экстра. В засаде
Мы прерываем наш эфир в связи с чрезвычайным положением. Жизнь Кита резко вильнула в сторону, Эрик (предполагаемо) в беде, не прошло и недели, как нечто свыше выстроило аккуратный равнобедренный яойный треугольник… Для разряжения атмосферы и осчастливования народных масс было принято решение отмотать время немножко назад, всего лишь до предыдущей ночи, в момент, когда…

– Шшш, не шаркай так, вдруг кто-нибудь выйдет! – прошипел Эрик мне в ухо, а я еле-еле подволакивал ноги в ожидании, когда добреду до аптечки и скормлю своей несчастной жопе немного зептоботов. Когда что-то жутко болит, всегда вспоминаешь те счастливые мгновения, когда ты не чувствовал ничего. Вообще ничего!

Я отказался быть тюком с брёвнами и обратный путь мы шли вместе, прикрываясь одной тонкой простынкой. О том, чтобы Эрик сбегал за одеждой и вернулся, я подумал уже на середине пути, когда мы добрались до центра общего зала, а до двери уже было рукой подать. Даже жопа как-то меньше болеть стала, и я плелся чуть бодрее.

»Хлоп!», – вдруг раздалось так громко, что сердце рухнуло вниз, вместе с несчастным тельцем. Я даже понять не успел, как я оказался на полу, а Эрик на мне. Мы в шоке жались к несчастному и явно не ожидающему такого поворота событий дивану. Что-то шаркало поблизости, но на контакт пока не шло.

Я приземлился, криво подвернув руку и перекосив ногу – тело начинало ныть… Ох, спортзал… Когда-нибудь. Когда-нибудь!

– Это Юн, – прошептал Эрик мне на ухо.

Со стороны угла, где располагалась кухня, Рихтер звякал стаканами, открывал и закрывал холодильник и вообще очень долго не уходил. Космос, почему не я на Эрике?! Держаться не было никаких сил, нога опасно трещала, поза недокреветки, перекренделька начинала надоедать!

– Поползли, – очень тихо сказал я, и хотел было добраться до комнаты на корячках, но рыжик окончательно расслабился, прижимая меня сильнее, будто решая вдавить в нижний этаж. Глаза полезли на волю, а воздух так резко перекрыло, что я чуть не поперхнулся, но Эрик снова немного привстал и погрозил мне пальцем.

Ладно, я могу потерпеть, ещё секунд семь.

Юн явно сооружал бутерброд мечты или решил выпить положенные организму восемь стаканов воды – очень долго и со вкусом, напевая незатейливую мелодию – явно заставку новой популярной игры, которая достала всех рекламой на просторах Сети.

Что-то коснулось моей несчастной задницы, аккуратно погладило, перешло на спину и снова вернулось к ягодицам.

Я приподнял бровь и дико посмотрел на Эрика, но тот делал вид, что это не он. Тогда я тоже извернулся и пошел ва-банк – коснулся едва вставшего члена и легко скользнул по яйцам, щекоча их. Эрика чуть ли не подкинуло от щекотки, но он удержался на месте, вмиг покраснев и бешено выпучив глаза. Усмешка, честное слово, сама разрезала рот и, видимо, этого хватило для его мести. Знает же, гаденыш рыжий, что мои бока до истерического смеха боятся щекотки…

От его манипуляций я покрылся гусиной кожей и еле заметно дрожал, пытаясь отпихнуть руки, но Эрик легко уворачивался или перехватывал уже мои запястья, временно отводя их. От сдерживаемого смеха выступили слезы, запястья немного болели от борьбы. В поисках укрытия и ничего не соображая, я выполз из-под общей простыни, сверкая ягодицами, лишь бы он перестал щекотать меня, как в дурацком триллере уползал от маньяка…

«Дваждыхлоп», – снова донеслось до нас.

Блять, я уже и думать забыл, что мы не одни! Надеюсь, он меня не видел! Голый однокурсник, гусеницей протирающий ковер среди ночи – так я точно ни с кем не подружусь…

Не сговариваясь, мы с Эриком рванули до комнаты и одним махом оказались внутри, медленно сползая по стеночке, переглядываясь и смеясь.

– Ты чего творить начал? – фыркнул Эрик, помог мне добраться до кровати и пошел к шкафу с аптечкой.

– Я? – я оторопел. – Это ты!

Эрик вернулся с тюбиком и, не став спорить, потянул меня за ноги, прокатывая по кровати и задирая жопой кверху. Я резко замолк, глядя на его улыбку, а затем на серьезное выражение лица, когда он медленно начал вводить тюбик и проверять всё ли в порядке.

– Ты продолжай, – бросил Нейман, усмехаясь, а я молча плавился под его пальцами, даже не расслышав сказанного…

Всё стало неважно.

А тем временем Юн жевал бутерброд у себя в комнате и думал, что ребята могли и не прятаться…


Глава десятая или Разрушая идеалы
Я думал, что когда попаду домой, то сразу усну, но сон как назло не шел, все мысли были об этом дурацком Рое, даже разговор с психологом не успокоил. Чтобы не дрожать в ожидании серьезного разговора, я как обычно в период растерянности или большой радости запустил наш чат на ХСО.

Рыбак: Есть живые?
Изюм: Есть сонные, это считается?
Рыбак: Ого! Ты тоже? Работал?
Изюм: Не поверишь, вчера у всех моих клиентов как крышу сорвало – кто-то побился головой о защиту и кое-где проломил дыры. Я совсем не спал Т_Т
Рыбак: Охренеть, у меня тоже! Это наши бесятся, что ли? Что за массовая истерия?
Изюм: Не могу думать… Только что вот закончил, больше 24 часов за работой, хочу застрелиться, или застрелить кого-нибудь %)
Рыбак: А Малыш и Блонди?
Изюм: Говорят, всё в порядке. Они там какой-то проект секретный замутили… Хм, клиенты твои все пострадали? Или определенные?
Рыбак: Трое только: Малахиты, те, что киберкоробки делают, и рес с музыкой, ну тот, помнишь, со стремной музыкой.
Изюм: Ага. Так они все с одного сервера, видимо, его и долбили ушлепки ёбанутые!
Рыбак: Воу, от Малыша я ещё такое ожидал, но чтобы Изюм матюкался, ай-ай-ай. Блонди бы посоветовала тебе рот с мылом помыть =)
Изюм: Видимо, ты не так устал, раз на шуточки силы есть. Я вообще никакой.
Рыбак: Так… спать иди?
Изюм: Великое руководство сейчас разразится ответным письмом и можно будет. Держусь из последних сил, дома сейчас окна все пооткрывал, уровень входящего ветряного потока прибавил: сижу, замерзаю, лишь бы не отрубиться, а то эти истерички без меня там сами всё перелопатят.
Рыбак: Ну давай поболтаем, я тут тоже весь в ожидании сурьёзного разговора.
Изюм: У вас, котят, же идиллия была, ты даже жаловался как всё ванильно.
Рыбак: Был не прав.
Изюм: Пф, не ценишь ты хорошие моменты жизни!
Рыбак: Ну я же человек. Роботам мозги сделали, тело усовершенствовали, а всё такими же и остались.
Изюм: Откуда тебе знать какими были люди древности, в том же двухтысячном или трехтысячном.
Рыбак: А ты литературу почитай того времени: всё одно.
Изюм: Нифига ты… где нашел только.
Рыбак: Ты не поверишь… даже ломать не пришлось. Есть такое место чудесатое, библиотекой зовется ;)
Изюм: Не знаю такую=)
Рыбак: Ну-ну=)
Изюм: Так чего за разговор-то у вас?
Рыбак: Начнем издалека. Думаешь, ревность это плохо?
Изюм: Ну, смотря к кому, какая и сколько…
Рыбак: А зависть?
Изюм: Э… Да ну! Великий хакер Рыбак кому-то завидует? Космос, что с тобою стало, где тот парень, который лез перед всеми и орал о своей гениальности! Я как сейчас нашу первую встречу помню. Я ещё подумал, что это за развеселый дебил.
Рыбак: Ага, и взломать меня хотел. Меня! Кто из нас ещё дебил. Повезло, что у меня на тот момент горелки не стояло, и ты так огреб – как по попе похлопали.
Изюм: Сволочь ты… Я потом неделю за тобой рой вирусов по всем своим серверам и машинам подтирал.
Рыбак: Ну наладили же контакт как-то=)
Изюм: И не говори… Я тогда позавидовал твоей технике взлома, но понимаешь, по-белому… После того, как весь запас мата истратил во время чистки ^^
Рыбак: Я как-то не задумывался… Может, у меня тоже получится завидовать по-доброму и ревновать слегка.
Изюм: Больше доверия и позитива!
Рыбак: Так что странно, всей байды этой в избытке…
Изюм: К психологу нужно, срочно!
Рыбак: Да я уже от него, только толку пока мало!
Изюм: Космос -_- Я ж пошутил… Как ты у него оказался?
Рыбак: Не своей волей, так надо, да и весело пока)
Изюм: Что ж там у тебя напроисходило-то!
Изюм: О! Они написали мне! Рыбак, прости…
Рыбак: Да я понимаю=) Ответь ламерам и выспись, а то таким матершинником ностальгирующим становишься)
Изюм: Ты не унывай, голову свою дурную не мучай, потом ещё обсудим. Всё пока!
Рыбак: Пока!
*Изюм вышел из чата.


Я потянулся на кровати и перевернулся на другой бок.

Белая зависть? Может, не всё так плохо…

– Ты спишь? – дверь скрипнула, на секунду в проеме показался свет из общего зала, и темный силуэт скользнул внутрь.

– Нет, валяюсь. С возвращением! – я привстал, прикрывая глаза от включившегося света.

– Ты ел? У меня с собой лапша в коробочках, мы по дороге зашли, попробовали. Я решил тебе принести, по-любому же голодный?

Я почувствовал себя последним дебилом. Валяюсь, думаю о всякой херне: зависти, ревности… а мой любимый человек думает обо мне и заботится.

Коробочку я поставил рядом с собой, тихо вздохнул и начал. Когда-нибудь всё равно надо ему рассказать.

– Эрик…

– Кстати, Рой сказал, что тут где-то ещё одна лапшичная, так там ещё вкуснее за те же деньги.

Опять этот Рой! Они вместе возвращались в общагу, вместе ели… Я делаю это не из-за ревности, а потому что думаю, что Фриз не такой милый, каким хочет казаться!

– Эрик, насчет Роя…

– М? – Эрик скинул неизменную толстовку и натянул домашнюю футболку.

– Ты ушел, а мы ещё поговорили, – Нейман смотрел на меня, на то, как трудно мне даются нужные слова, на то, как я сцепил пальцы, на то, как я поджал ноги. Смотрел и ждал. – Мне кажется, что он не такой хороший, как ты думаешь.

– Так и знал. Ты ревнуешь! – Эрик устало бухнулся рядом. – Кит, прекрати панику, я никуда не денусь.

Черт, раз он так говорит, где-то я себя уже выдал… Как же не хотелось, чтобы Эрик знал об этой моей стороне.

– Возможно, – я не стал врать, ложь – последнее средство. – Но как только ты ушел, поведение этого Роя немного… ухудшилось.

– Что? – Эрик нахмурился. – Он тебя обидел?!

Я почувствовал себя ябедой, и стало как-то совсем неловко. В голове крутилось то, что я не только ради себя это делаю, но почему-то всё больше и больше начинало смахивать на детский сад.

– Ну…

Я пересказал ему, что случилось, и рыжик совсем осунулся, поджав губы. Он даже как-то уменьшился, сидя напротив меня на наших без лишних слов сдвинутых кроватях. Я ругал свою ревность, ругал Роя, который понравился Эрику как друг, а оказался придурком, ругал то, что именно я сейчас всё порчу, и ругал себя за долбанное облегчение от осознания того, что Эрик останется только моим.

Какое же я чмо… Таких ещё поискать надо.

– Лучше, если ты прекратишь с ним общаться, – завершил я свою мысль, и Эрик к моему удивлению встрепенулся, с диким блеском охаживая меня не самым приятным взглядом.

– Кит, я не маленький, смогу за себя постоять. Прошлое, оно, знаешь, учит. И что-то тут не так… Рой очень милый человек, добрый и заботливый. Не только со мной.

– Но… – я даже не знал, что возразить-то, просто вырвалось.

– Я сам. Пожалуйста, не вмешивайся. Я поговорю с ним, тут явно что-то не так.

Черт… Он видимо просто не понимает, что понравился Рою, и не поверит, если я скажу. Что ж, придется пока следить издалека, и если Рой хоть подумает о том, чтобы обидеть моего рыжика, не будет ему никакой пощады!

– Не расстраивайся, – Эрик приобнял меня. – Ты же ночью почти не спал, давай ешь и ложись, а то глаза совсем краснющие!

Я уничтожу любого, кто посмеет его обидеть. Любого.

Я улыбнулся, давая себе остыть и показывая Эрику, что неприятный разговор окончен.

– Кстати, хочешь сходить в выходные посмотреть город?

– Прости… – Эрик вдохнул. – Я очень хочу, но в первой половине семестра в выходные у меня дополнительные курсы по Сетевой архитектуре, помнишь?

– Точно! Поздравляю! – я действительно искренне обрадовался, переводя взгляд на его половину комнаты, где, как и дома, Эрик всю стену заклеил распечатками чертежей всяких зданий.

Каждый из нас всё ближе и ближе к своим мечтам, и мы вместе. Разве может случиться что-нибудь плохое?





Вопрос: И вместо тысячи слов:
1. Спасибо :)  4  (100%)
Всего: 4

@темы: яой, хакеры, фантастика, слэш, ориджинал, нц-17, научная фантастика, главы, взломай меня, если сможешь, slash, nc-17

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Рассказы мятной панды

главная